Марина Влади

Высоцкий не принадлежит мне.

Она вошла в конференц-зал, пожалуй, самой презентабельной екатеринбургской гостиницы, с очаровательной улыбкой, но, кажется, почти не глядя на толпу ожидавших её журналистов. Такая женственная и хрупкая, с тронутыми сединой, длинными волосами. Может, эта бросающая в глаза хрупкость подсказала организаторам конференции предупредить журналистов: «Будьте активными, но корректными!» Однако Марина Влади, иронично улыбаясь, ответила: «Не беспокойтесь, я умею отвечать!» И вся беседа с ней шла именно в таком тоне — чуть ироничном и с неизменным женским очарованием и даже некоторым кокетством.

Французская актриса и писательница, последняя жена Владимира Высоцкого приехала в Екатеринбург со спектаклем «Владимир, или Прерванный полет». И её встреча с журналистами состоялась неслучайно — наш город открывает целый тур по городам России: Тюмень, Челябинск, Пермь, Омск, Новосибирск, Красноярск, Барнаул и Кемерово.

— Марина Владимировна, Ваш тур связан с недавно прошедшим показом фильма?

— Я не буду о нём говорить, потому что он мне противен! Я уже не раз говорила, что мне противен этот фильм. И я не хочу слышать о нем снова. Это не надо никому, ни Высоцкому, ни мне.

— Тогда расскажите лучше о своём спектакле, с которым Вы к нам приехали.

— Это вся наша совместная жизнь с Высоцким, 12 лет, что мы прожили вместе, наше общение через его стихи. Я читаю его стихи по-русски, пою его песни, которые он мне посвятил. Конечно, не его голосом, но со своим чувством. Я рассказываю и по-французски. Рассказываю, каким он был человеком, как он жил, страдал, любил, грешил и умер — вот вся тема моего спектакля.

— Есть какой-то визуальный ряд?

— Нет, только полотно, на котором показывают стихи. И, конечно, три музыканта, которые работают со мной уже несколько лет.

— Вы играли этот спектакль во Франции?

— Он был создан в 2006 году в Париже, в самом лучшем нашем театре «Бюф дю Нор», через год мы его снова играли, что в принципе недопустимо для этого театра. Его так полюбили зрители. Его смотрели и русские люди, посол РФ во Франции Александр Авдеев. Он предложил мне приехать с ним в Россию. Я сказала: «Нет!» — потому что Россия меня довела… эпизодами. Но он меня настолько пытался убедить… «Если какие-то люди говорили про Вас гадости, это не значит, что вся Россия Вас не любит».

И я приехала в Москву, и мы играли его в Москве 14 раз и с большим успехом. И после этого нам предложили сделать тур по России, также в Латвии.

— В России этот спектакль прошёл так же, как и во Франции?

— Больше эмоций. Я была ошеломлена, я и сейчас хочу на сцену, я очень волнуюсь, я сразу чувствовала, что в России зрители испытают больше эмоций от просмотра.

— Вообще на русский язык переведены три Ваши книги, у Вас есть что-то ещё?

— Всего десять книг. Я хочу, чтобы издали мою книгу про кино. Это вся моя работа, все люди, с которыми я встречалась. Я не знаю, в чём проблема…

— Проблема в издательском бизнесе, — отвечает за Марину её переводчица Юлия Абдулова. — Просто нет адекватного предложения.

— Проблема денег? В этой книге — большая часть фотографий, — добавляет Марина. — 16 страниц, правда, дорогое издательство получается, и они очень большие, красивые. В Париже издатель сделал мне подарок, издав эту книгу. Другие мои книги — романы, свидетельства…

— Шесть лет назад в одном интервью Вы не очень хорошо отзывались о России, Вы говорили, что мы переняли у Запада только плохое… Ваше мнение не изменилось?

— Нет, я считаю, что я говорила правду. То, что было хорошего в СССР, исчезло, то, что было ужасного у нас, вы взяли.

— Как Вы думаете, что бы сказал на то, что сейчас происходит в России, Высоцкий?

— Я не знаю! Он умер, его нет больше, он не может отвечать! Всё, что он мог бы сказать, — в его стихах.

— А смогли бы люди воспринять его сейчас так, как его приняли тогда?

— Сейчас его обожают, ставят ему скульптуры, называют его именем корабли, мне всё это очень смешно, и он бы смеялся на это. Это не то, что ему было интересно, он любил свободу.

Надеюсь, что его бы не посадили и не затюкали, как пытались тогда. Он был бы артистом, поэтом, актёром. Он же был выдающимся. Его Гамлет — самый лучший, и не только я это говорю, это англичане говорят.

Он был бы тем, кем он был. Он бы остался Высоцким, он бы не бегал за деньгами, он никогда этого не делал, как сейчас люди это делают.

— Мог бы сегодня, в России, появиться второй такой Высоцкий?

— Люди все всегда те же самые. Если гений может выйти, и в литературе, и где угодно, он будет. И сейчас другие возможности — и телевидение, и Интернет. Гений человеческий существует всегда.

— Вы четыре раза были замужем и говорили, что все Ваши мужья были выдающимися людьми. Кто был после Высоцкого?

— Леон Шварценбергер, онколог. Знаменитый человек во Франции, и не только в рамках своей профессии. Он, как и я, очень много сделал для людей, для слабых, для нуждающихся. Мы прожили с ним 23 года. Он обожал Высоцкого, как и все мои мужья.

Второй муж был лётчик, принимал Высоцкого в гостях, подарил ему часы золотые, с которыми он и умер.

Ревности к этой истории ни у кого из моих мужей не было. Было очень большое уважение.

— А у Высоцкого было две жены. И одна из них живёт недалеко отсюда, и если бы она пришла завтра на спектакль…

— Он очень любил и уважал её, хотя он не очень уважал других баб. Ту, которая сейчас называется его женой, я приглашала встать рядом со мной возле гроба.

— А с его первой женой Вы хотели бы встретиться?

— С Изой? Я с ней не знакома. Конечно, я согласилась бы, если бы она захотела со мной встретиться.

— Сложно ли возвращаться каждый раз к прожитым годам с Высоцким, потому что даже сейчас у Вас на глазах видны слёзы…

— Надо, это вся тема спектакля. Это — снова прожить этот путь с ним. Это очень волнует меня, и это очень волнует публику… Я артистка, я актриса, это моё прошлое, и я снова вхожу в него, и я живу снова со всеми моими мёртвыми.

— Какие у Вас самые любимые стихи из тех, которые Высоцкий посвятил Вам?

— Последнее, он написал его в июне 1980 года за месяц до смерти, 11 июня он уехал из моего дома. И это доказывает, что он был со мной до конца, чтобы заткнуть горло всем…

— С сыном Высоцкого у Вас не очень хорошие отношения, Вам не нравится, что он использует стихи отца?

— Я не разделяла с ним общение вообще и последнее время особенно. Это из-за фильма, в котором он выступил как сценарист и как продюсер — денюжки, денюжки…

Я понимаю, когда люди хотят петь Высоцкого, я не могу отказывать.

— Когда Вы жили с Высоцким в Москве, вы с гордостью говорили: «Я француженка!» Как Вы думаете, чего не хватает современным россиянкам, чтобы отвечать с такой же гордостью? К слову, Вы просто удивительно выглядите!

— Вы знаете, я актриса, и все актрисы имеют поклонников, которые подходят и говорят: «О, Вы моя любовь…» И теперь я вижу маленьких старичков, которые подходят и говорят: «О, вы… моя…» И я смотрю на них и думаю, что и я уже скоро стану такой же…

Я люблю свою профессию, а жизнь с Высоцким была замечательная… и ужасная. Мне тогда было между 30 и 40, это самое прекрасное время жизни…

— Вы говорили, что самые близкие Ваши люди — три сестры…

— Все ушли, я одна совершенно, остались только дети. С сыном общаемся ежедневно по Skype, я вижу своего сына на Таити, который выходит из воды с большой рыбой: «Вот, я поймал!» Он выжил после серьёзной аварии. Он был хорошим художником, но это остановило всё, он был в коме, я писала книгу об этом. Петя — музыкант, живёт во Франции.

— Кстати, какие были музыкальные интересы у Владимира Семёновича?

— Я думаю, что он не особо слушал музыку. Я привезла множество пластинок, я очень любила джаз, он больше со мной вошёл во вкус. Но он работал много, утром он писал, днём репетировал, вечером играл. Он сгорел.

— В чём секрет Вашей красоты?

— Работа, я чувствую себя молодой, когда я работаю. Быть на сцене. Я долго не работала после смерти моего Леона, и я вышла из этого состояния, когда написала книгу об этом. Моя жизнь — постоянный траур, и я спасаюсь тем, что или я играю, или я пишу, и это вытягивает меня из гроба. А вообще это натура. Мама была танцовщицей, прекрасно выглядела, умерла в 72 года. Я стараюсь меньше пить, я бросила курить, когда Володе сказали бросить, — я выложила на стол свои три пачки сигарет. Когда он умер, я курила пять пачек… Я занимаюсь спортом, езжу на велосипеде в магазин, за продуктами. Я ем мясо! Мне это не нравится, но я не могу!

— Как Вам Екатеринбург? Что Вы знаете о нашем городе? Какие у Вас о нём впечатления?

— Впечатления? Я долго ехала, и то, что видела из окна машины — эта грязь, ужас!

— А памятник себе и Высоцкому Вы видели?

— Памятник себе?! Я ещё не совсем готова! — смеётся Марина Владимировна, судя по всему, она в достаточно узком смысле поняла слово «памятник» в этом вопросе.

— Как Вы относитесь к тому, что именем Высоцкого назвали небоскрёб?

— Я улыбаюсь. Я не могу плакать. Он принадлежит народу, люди любят его, может быть и безвкусные вещи, как, например, на его могиле поставили, это ужасно… Но он не принадлежит мне, он принадлежит вам, нам, но не только мне.

— Не тянет побывать в этом здании?

— Я не понимаю, почему я должна быть там! Я понимаю, почему они хотят, чтобы я приехала. По-моему, мы будем там кушать? Надеюсь, мы будем есть борщ!

2168 просмотров
7
0

Марина Влади

2012-03-22T00:00:00+0600
Uralweb 620014 +7 (343) 214-87-87
Комментарии (всего: 3)
Iirka 30 марта 2012 года в 13:30
некоторые фразы и ответы вгоняют в недоумение, наверное сложности с языком...
0
заноза25 1 апреля 2012 года в 18:12
Понятно, почему ей фильм не понравился. Никита просто плюнул в её сторону.
0
Kavadera57 4 мая 2012 года в 16:47
мм.. ещё одно интервью с ней. Всё-таки странная она, хотя и любопытный человек. Насчёт ломаного языка +1.

А то что фильм УГ, полностью с ней согласен.
0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Войти
Зарегистрироваться

Вход с помощью других сервисов

Uralweb.ru в социальных сетях